"Молодежь Эстонии" | 06.07.07 | Обратно
Пейзаж после битвы
![](11-1.jpg) Фото Никиты ЧЕРНОВА |
Многие наши читатели, очевидно, видели Алексея СЕМЕНОВА, директора Центра информации по правам человека, в телевизионных новостных программах. Он выступал с докладом в Европарламенте, на слушаниях, касающихся апрельских событий в Таллинне. После этого по страницам многих газет, выходящих в Эстонии, прокатилась волна разного рода комментариев, возмущенных, благодарственных и т.д. А как было на самом деле? Сегодня Алексей Семенов рассказывает о своем видении ситуации, сложившейся после апрельских событий. С ним беседует Нелли КУЗНЕЦОВА.
— Должен сказать, что все эти недели, начиная от горьких дней конца апреля, к нам в Центр информации по правам человека приходило множество людей. Жалобы 50 человек мы взяли в разработку. Многие еще продолжают звонить и приходить.
На основании всех этих обращений, рассказов мы написали отчет. В нем нет эмоций, факты изложены сухо, строго, документально. Но сами эти факты таковы, что выглядят красноречивей любых эмоциональных всплесков.
Мы даже не давали в этом отчете никаких своих комментариев, хотя могли бы, разумеется, дать развернутый анализ, у нас очень сильные юристы. Но мы и хотели представить именно факты. Европейские эксперты, юристы, правозащитники не любят слишком сильных восклицаний, они умеют видеть за фактом суть.
Мы написали в отчете о том, как разгоняли митинг на Тынисмяги.
— А разве это был митинг? Люди собрались в знак протеста против переноса Солдата…
— Да, митингом это назвать нельзя. Но это не было и кем-то организованное действо. Это был именно стихийный, никем не санкционированный протест.
Мы описали в отчете, как происходило задержание, важно было показать, кого задерживали, какие методы при этом применялись. У нас много свидетельств того, что сила применялась непропорционально, что задерживали людей в крайне грубой форме. Задержано было много совершенно случайных людей. Недаром уже есть официальное подтверждение того, что более 700 задержанных оказались совершенно непричастными к событиям на Тынисмяги.
В отчете есть и свидетельства самих задержанных. Им пришлось провести немало часов в прямо-таки нечеловеческих условиях. Кстати, об ответах из прокуратуры, из полиции мы тоже говорили. Они совершенно однотипны. Сразу видно, что никто из официальных лиц и не пытался вникнуть в существо жалобы. Просто есть ссылки на две статьи закона, свидетельствующие о том, что полиция имеет право применять спецсредства. Но совершенно не упоминается статья, которая говорит, что применение спецсредств должно соответствовать степени опасности, исходящей от конкретного человека. А спецсредства, как мы знаем, применялись к людям, которые никакой опасности собой не представляли.
Одному из наших клиентов, я бы назвал его пациентом, пробили голову, повредили руку. Но официальный ответ, полученный на его жалобу, гласил, что на улицах были беспорядки, и неизвестно, кто в ходе этих беспорядков пробил этому человеку голову. Прокуратура предлагала ему доказать, что его ранил именно полицейский, тогда, по обещанию прокуратуры, будет произведено дознание, то есть разбор. Но это все равно, что предложить человеку, у которого украли кошелек, самому найти вора, указать на него полиции и прокуратуре, и тогда, возможно, дело будет возбуждено.
Словом, изучение всех этих жалоб, ответов на них позволяет считать, что серьезных намерений у официальных органов разобраться во всей этой истории просто нет. Во всяком случае доброй воли мы не видим.
Мы опубликовали свой отчет, вывесили его на сайте Центра информации по правам человека. Все, кому это важно и интересно, могут прочесть его, обратившись к сайту: Полиция приг
Отчет написан на русском языке и переведен на эстонский и английский.
Потом к нам обратилась Татьяна Жданок, единственный русскоязычный депутат Европарламента. Она предложила нам участвовать в публичных слушаниях, которые, как она сказала, должны пройти в Европарламенте по поводу апрельских событий.
Мы и поехали группой, в которой, кроме меня, были пострадавшие в те дни свидетели событий.
Это был вообще очень интересный день в Европарламенте, очень насыщенный и яркий. Мероприятия, проходившие в этот день, были посвящены Европейской конвенции против пыток, а также других форм недостойного, негуманного, бесчеловечного обращения с людьми. Обычно ее называют сокращенно — «против пыток». Так называется и Европейский день, к которому и были, собственно, приурочены слушания по поводу апрельских событий, а также о Стране басков и применяемых там полицией методах в борьбе с террористами и людьми, подозреваемыми в терроризме.
В этот день проходил и большой семинар, посвященный проблеме безгражданства.
— Наконец-то… Значит, эта проблема обсуждается все-таки на уровне руководства Евросоюзом?
— Да, вот видите… В семинаре участвовали и выступали с докладами крупнейшие международные эксперты. Одна из них, кстати, ее зовут Эва Эрсболл, из датского Института прав человека, хорошо знает ситуацию в Эстонии. Она участвовала в двух семинарах, организованных Центром информации по правам человека. Ее доклад так и назывался: «Предупреждение безгражданства».
— Символичное название, подвигающее на многие размышления.
— Да. Был на семинаре и очень хороший специалист из Нидерландов доктор Жерар-Рене де Гроот. Выступал Здислав Галицкий, член Международной правовой комиссии ООН.
— Громкие имена…
— Конечно. Так вот на семинаре рассматривались вопросы предотвращения безгражданства, снижения безгражданства, искоренения безгражданства и т.д. Почему я об этом говорю? Мы поднимали эти вопросы уже очень давно. Давая интервью вашей же газете, я говорил, что проблемы безгражданства связаны с провалами, серыми зонами в международном законодательстве, и наш пример, я имею в виду русскоязычное население Эстонии, послужит другим наукой. Все эти последние годы мы надеялись, что международная общественность этим займется.
— И вот, наконец, свершилось…
— Во всяком случае подошли к этому близко.
Много говорилось о том, что в Эстонии и Латвии все еще остается недопустимая ситуация с гражданством — безгражданством. Речь шла о том, что должны быть созданы новые международные инструменты по искоренению безгражданства, которые были бы действенными и для таких случаев, как наш.
Кстати, как говорил профессор Галицкий, такая попытка уже была. Восемь лет назад на заседание Генеральной Ассамблеи ООН был представлен текст Конвенции о безгражданстве. Тогда она не была принята. Ряд стран торпедировали ее принятие. Нетрудно догадаться, какие именно страны были лидерами в этом сопротивлении решению проблемы безгражданства. Тогда ограничились лишь декларацией. Но работа в этом направлении идет. И это очень важно. Семинар в Брюсселе, на котором мы присутствовали, подтвердил, что дело действительно движется. И я очень надеюсь, что также будут в конце концов решены и другие вопросы, касающиеся русскоязычного населения.
Должен сказать, что там, на семинаре, были моменты, которые вызвали у меня некий оптимизм. Некоторые эстонские парламентарии на семинаре выступили против предложений экспертов, стараясь пространно изложить свою позицию. Она нам хорошо известна, все те же набившие оскомину «истины». Но похоже, что все это начинает надоедать и европейской общественности. Надо было видеть, какие лица были у международных экспертов, когда они слушали эти «мысли» наших парламентариев.
— А какова была реакция, когда вы представляли свой отчет?
— Ну, вы, очевидно, видели в прессе утверждения наших эстонских парламентариев, что-де на слушания никто не пришел, что эта тема ни в ком не вызвала интереса.
— А это не так?
— Конечно, не так. Народу было много. Мест не хватило, и люди стояли вдоль стен. Правда, наши эстонские коллеги не пришли. Нам даже рассказывали, что они стояли у дверей и уговаривали тех, кто спешил на слушания, не ходить, потому-де, что там ничего интересного не будет. Но я думаю, что рано или поздно, а скорее рано, к их бесконечному нагнетанию страстей по поводу оккупации, обездоленности эстонского народа, а в связи с этим и оправданному отношению к русскоязычному населению возникнет такое же отношение, как и к проблеме безгражданства.
Я выступил с докладом, мы показали фильм, подготовленный на основе телевизионных съемок апрельских событий. Они очень выразительны и говорят сами за себя. Потом заключение сделала Татьяна Жданюк, связав все это с Европейской Конвенцией против пыток. Кто-то из советников наших евродепутатов поспешил вмешаться, но был остановлен ведущей.
— Что ж, посмотрим, как будут развиваться события дальше…
|